50 >

     Было четыре часа одного из последних дней сентября  1970  года,  дня,
когда должен был состояться процесс Уилсона. Дженифер проснулась  в  столь
ранний час, чувствуя себя разбитой и больной. Она плохо спала, всю ночь ей
снились сны о предстоящем процессе. В одном из кошмаров ди Сильва, посадив
ее на свидетельскую скамью, стал расспрашивать ее о Майкле Моретти. Каждый
раз, когда  она  пыталась  ответить  на  вопрос,  присяжные  прерывали  ее
криками: Ложь! Ложь! Ложь!
     Каждый сон отличался от другого, но все они были схожи.  В  последнем
из них Абрахам Уилсон был привязан к электрическому  стулу,  а  когда  она
наклонялась к нему со словами утешения, он плевал ей в лицо.
     Она проснулась, вся  дрожа,  и  больше  не  смогла  заснуть,  поэтому
просидела на стуле, пока не рассвело, и наблюдала за восходом солнца.  Она
не могла ничего есть. Ей хотелось выспаться, чтобы  снять  напряжение,  ей
хотелось, чтобы этот день уже прошел.
     Она приняла ванну и оделась. Ей хотелось одеть черное, но она  надела
зеленый костюм.
     В 8.40 она уже была в  здании  уголовного  суда,  чтобы  начать  свою
первую защиту. У  входа  стояла  толпа,  и  первой  ее  мыслью  было,  что
произошел несчастный случай. Она увидела батарею телекамер и микрофонов. И
пока она осознала, что происходит, она была окружена репортерами.
     - Мисс Паркер, вы первый раз в суде  с  тех  пор,  как  сорвали  дело
окружного прокурора против Майкла Моретти?
     Кен Бейли предупредил ее. Главной приманкой была она, а не ее клиент.
Репортеры не были объективными наблюдателями, они  были  стервятниками,  а
она для них была падалью.
     Молодая женщина в джинсах сунула микрофон в лицо Дженифер.
     - Это правда, что окружной прокурор здесь по вашу душу?
     - Никаких комментариев.
     Она стала прокладывать себе путь ко входу в здание.
     - Окружной прокурор заявил вчера вечером, что  вам  нельзя  разрешать
практиковать в судах Нью-Йорка. Что вы об этом скажете?
     - Никаких комментариев.
     Она почти добралась до дверей.
     -   В   прошлом   году   судья   Уолдман   пытался   добиться   вашей
дисквалификации. Не  собираетесь  ли  вы  просить  его  дисквалифицировать
самого себя?
     Она вошла в здание.


     Согласно расписанию, суд должен был состояться в зале 37. Прилегающий
коридор был заполнен людьми, пытающимся попасть  в  зал,  но  он  был  уже
полон. В зале стоял сплошной  гул  и  пахло  карнавалом.  Были  поставлены
дополнительные скамьи для прессы. Ди Сильва позаботился об этом,  подумала

Следующая

50 >