Джеймс Хэдли Чейз. Ева - 8
72 >
Эйлин". На настольных часах было пять часов пятнадцать минут. Я поспешно
бросил газету и вставил в машинку лист бумаги. Напечатав заголовок "Женщины
Голливуда", автор Клив Фарстон, я уставился на клавиши машинки, не имея ни
малейшего представления о том, как начать статью. Я хотел, чтобы она была
содержательной и остроумной, но голова моя была пуста. Как оденется Ева? Не
будет ли она одета так крикливо, что всем сразу станет ясно, кто она такая?
Не хватает только, чтобы мы с Евой наткнулись на Кэрол. Я знал, что очень
рискую. Я никогда еще не видел, как одевается Ева и не представлял, есть ли
у нее вкус. Я решил выбрать какой-нибудь маленький ресторан на окраине, где
меня не знали и который мои знакомые не посещали. Там мне, возможно,
удастся избежать нежелательных встреч. Я закурил сигарету и попытался
сконцентрировать свои мысли на статье. На часах было уже шесть часов, а я
еще не составил ни единой строчки. Меня охватила паника. Пододвинув к себе
машинку, я начал печатать, надеясь, что фразы будут складываться сами
собой. Я печатал до семи часов, потом собрал готовые листки и, даже не
подумав прочитать, сколол их скрепкой. Вошел Рассел и сказал, что ванна
готова. Он одобрительно посмотрел на отпечатанные страницы.
- Все в порядке, сэр? - радостно спросил слуга.
- Да, - сказал я, подходя к двери. - Когда я вернусь, проверю их, и
рано утром ты отвезешь их мисс Венсингер.
От Вильбургов я вернулся в час пятнадцать ночи. Вечер удался на славу,
и голова была тяжелой от великолепного шампанского, которое я пил весь
вечер. Я забыл, что должен проверить статью, и лег спать. На следующее утро
ровно в девять часов Рассел разбудил меня.
- Извините, сэр, - сказал он. - Вы говорили, что я должен отнести
статью мисс Венсингер.
Голова и после сна оставалась свинцовой.
- Черт возьми, - воскликнул я, вспоминая незаконченную работу, - я
забыл просмотреть ее. Сейчас я быстренько сделаю это, принеси ее, Рассел.
Когда он вернулся, я уже выпил одну чашку кофе. Слуга дал мне статью и
сказал:
- Я пойду почищу ваши ботинки, сэр, и вернусь.
Я махнул рукой и принялся читать статью. Через три минуты я выскочил
из кровати и бегом бросился в кабинет. Я понял, что не смогу послать Мерль
эту белиберду. Статья была ниже всякой критики. Написанное поразило
бездарностью, я с трудом верил своим глазам, удивляясь, что это моя работа.
