24 >

этом он даже поблагодарил меня. Этот тип оказался еще  и  трусом.  Я  подвел
его к двери, подал ему чемодан, который стоял в прихожей, и выпихнул его  за
дверь, в непогодь, из которой Бероу и появился у меня в доме.
     - Я не люблю таких слюнтяев, как вы, - сказал я. -  Держитесь  от  меня
подальше.
     Он спустился по ступенькам - и тут же ветер, дождь и темнота  поглотили
его. Я запер дверь и постоял в прихожей.  Мне  ужасно  хотелось  выпить,  но
прежде всего следовало кое-что  выяснить.  Выпивка  подождет.  Я  подошел  к
спальне и открыл дверь. Ева стояла  у  трюмо,  сложив  руки  на  груди.  Мой
приход не удивил женщину. Она спокойно смотрела на меня.
     - Он ушел, - сказал я, останавливаясь в  дверях,  -  я  отдал  ему  сто
долларов, которые вы от него получили, и он горячо поблагодарил меня.
     Выражение ее лица не изменилось. Ева молчала и была похожа на  опасное,
готовое наброситься на свою жертву животное. Я посмотрел на нее и спросил:
     - Вам не жаль его?
     Ее губы презрительно сжались.
     - С какой стати я буду жалеть мужчину? - прозвучало в ответ.
     Когда были произнесены  эти  слова,  я  понял,  кто  она.  Сомнений  не
осталось. Значит, Бероу не лгал. Слишком гладко он рассказал, как купил  ее,
и  слишком  точно  назвал  цену.  Если  раньше  я  и  надеялся,  что   Херви
наговаривает на Еву, чтоб быть с ней и обезопасить таким  образом  меня  как
соперника, то теперь знал, что он говорил правду.  Да,  Ева  была  одной  из
тех, кто принадлежит всем, кому это захочется. Никто  не  подумал  бы  этого
при взгляде на нее. И она, эта женщина, на которую в обществе смотрели,  как
на отброс, смела игнорировать меня, она имела  наглость  пренебрегать  мною.
Внезапно у меня появилось желание унизить ее, причинить ей  боль.  Раньше  я
никогда не испытывал такого желания ни к одной из женщин.
     - Он сказал мне, что купил вас, - сказал я, закрыв  за  собой  дверь  и
пройдя в глубь комнаты. - Ваша  внешность  обманчива.  Знаете,  а  мне  и  в
голову не приходило, что вы - продажная женщина. Ваша  такса  сто  долларов,
не так ли? Я перекупил вас у  изгнанного  мной  из  дома  Бероу.  Только  не
воображайте, что я заплачу больше. Я не добавлю ни  цента.  На  мой  взгляд,
ваша красная цена - сто долларов.
     Ева не сделала ни единого движения. Лицо ее хранило  знакомое  уже  мне
деревянное  выражение,  только  потемнели  глаза  и  побелели  ноздри.   Она
наклонилась над трюмо. Ее маленькая, белая рука поглаживала  тяжелую  медную

Следующая

24 >