Джеймс Хэдли Чейз. Ты будешь одинок в своей могиле - Глава 2
82 >
Единственная лампа свисает с потолка, запятнанного сыростью. Свет
бросает причудливые тени на кирпичные стены и деревянные ставни. На стене
напротив видны силуэты мужчин. По всему видно, что они играют в карты. Я
закрываю глаза и пытаюсь вспомнить, что же произошло. Интересно, где мисс
Болус?
Я открываю глаза и, стараясь не двигаться, осматриваю помещение. Это
нечто вроде подвала, вероятно, очень глубокого, вокруг много ящиков. Я
перевожу взгляд на тени. Это Гит и Шеммон. Дым от сигарет спиралью
поднимается к потолку. Гит тасует карты, и в тот момент, когда я смотрю на
него, сдает, причем сдает с такой быстротой, что тень от рук сливается в
сплошное мутное пятно. Я лежу на какой-то подстилке. Они не потрудились
даже связать меня - так уверены в себе. Я не хочу, чтобы они знали, что я
пришел в себя и готовлюсь к сопротивлению. Я все время помню о револьвере
Гита. Будь я уверен, что смогу справиться с Шеммоном одним ударом, то на
Гита и не посмотрел бы. Но с Шеммоном такой номер может не пройти. Мне
нужно ударить так сильно, чтобы сразу вывести его из игры. Но, вспомнив его
рожу, я понимаю, что у меня нет шансов даже дойти до него.
Внезапно, словно читая мои мысли, Гит говорит:
- Пора бы этой скотине проснуться. Патрон хочет говорить с ним.
- Если я кого-то вырубаю, он надолго остается без памяти, -
самодовольно заявляет Шеммон. И ехидно добавляет: - Что это тебя так
забирает?
Я медленно поворачиваю голову. Они сидят метрах в трех от моего
изголовья. Я не думал, что они так близко: их тени ввели меня в
заблуждение. Мое движение привлекает внимание Гита. В его руке появляется
револьвер, и он резко поворачивается как раз в тот момент, когда я ищу
опору для своей больной руки, готовясь к прыжку.
- Не будь таким хитрым, - скрипучим голосом предупреждает он, - иначе
наживешь себе неприятности!
Я смотрю на него, потом на Шеммона, который встает и играет бицепсами,
заметными даже под пиджаком.
- Пойди извести патрона, - говорит Гит. - Я его посторожу.
Шеммон бросает на меня свирепый взгляд, нехотя поднимается и тяжелыми
шагами направляется в глубь подвала.
- А где Гель Болус? - интересуюсь я, массируя себе челюсть.
- Думай лучше о собственной участи, - рявкает Гит.
Я сознаю, что слишком опасно сейчас прыгать на него. Он не сводит с
меня своего мерзкого взгляда и, я уверен, не задумываясь пустит в меня
